— Как? Просто разглядела, и все! А еще тот, с часами, чуточку прихрамывал, когда уходил.
— А какое у него лицо?
— Самое обычное.
— А волосы?
— Не знаю, на нем кепка была, голубенькая, полотняная, в цвет брюк.
— Гениально, Роза! Тебе цены нет! Какие-то случайные дядьки, а ты их так запомнила!
— У меня хорошая зрительная память!
— Слушай, а ты бы их узнала?
— Запросто!
— Ну, ты даешь! Слушай, Роза, если вдруг ты кого-то из них увидишь, сразу звони мне или Ксюхе.
— Филимоновой я звонить не буду!
— Да ладно тебе, тут речь о жизни и смерти человека идет, а ты…
— Хорошо, но ты тоже должен мне пообещать…
— Что?
— Если вдруг еще что-то узнаешь, сразу мне расскажешь!
— Обязательно, Роза! Ты же такой бесценный кадр! С твоей наблюдательностью! Считай, что ты в нашей команде!
И Роза польщено зарделась.
Глава 2. Бабье заело
Выйдя от Мотиной, Гошка облегченно вздохнул. И хотя Роза оказалась невероятно полезной, но разговор с нею дался Гошке очень тяжело. Он весь вспотел. И ведь совсем она не дура, но… Тягомотина! Надо сейчас сразу зайти к Ксюхе и все ей рассказать и, главное, попросить немного терпимее относиться к Тягомотине. Но вдруг Гошка замер. У подъезда стояла девочка. Не девочка — чудо! Красиво постриженные темно-каштановые волосы, голубые, почти синие, глаза на пол-лица и усыпанный веснушками курносый нос. Ну и ну! Откуда такая взялась? Она явно кого-то ждала, так как в нетерпении то и дело поглядывала на дверь подъезда. И действительно, оттуда выбежала еще одна девочка, по виду чуть помладше Синеглазки, как уже про себя назвал ее Гошка, и чем-то неуловимо на нее похожая, но далеко не такая красивая.
— Сколько можно ждать! — капризно сказала Синеглазка. — Мы же опаздываем!
— Не злись, Сашка, не опоздаем!
И они почти бегом выскочили на улицу.